О природе научного атеизма

 

Сущность.

Тема атеизма не столько широка сама по себе, как многопланова. Под этим термином можно понимать и личную позицию, и мировоззрение, и теоретическое направление, и метод государственной политики.

Происхождение атеизма уходит в глубокую древность. Можно даже сказать, сколько существуют религии, столько же существует и атеизм. Проявления атеистических позиций видны ещё у древних греков, даже сам термин «атеизм» принадлежит им (a – знак отрицания, theos – Бог), и переводится как «безбожие». Религиозное развитие не стояло на месте. Одни религии приходили в упадок, другие, наоборот, набирали силу, а некоторые из них  распространились на разные народы  и стали мировыми (христианство, ислам, буддизм). Но развитие было свойственно также и атеизму. Он, хотя и рассматривался неоднократно как самостоятельное явление, в сущности таковым никогда не был. Он всегда оставался составной частью того или иного мировоззрения, занимаемой позиции. Однако атеизм во многом, а то и в целом, часто формировал сущность такого мировоззрения, его теоретическую и практическую направленность. Чтобы это понять, необходимо остановиться на формах атеизма.

Здесь следует различать атеизм позиционный и теоретический. Следует заметить, что существует также понятие воинствующего атеизма. Но здесь мы имеем дело с крайней формой проявления неверия, способной дойти до стадии фанатизма или экстремизма. Но фанатизм был иногда свойствен и религиозным проявлениям, что, несомненно, было одним из предметов внимания атеистов. Но мы здесь не будем касаться крайних форм атеизма, так как нашей темой является освещении спора разных идей, подходов, а не их поединка в виде мысли и дубины. Поэтому основным объектом внимания будет именно умеренный, главным образом, научный атеизм.

Позиционный атеизм может быть не связан с определённой теоретической системой и представлять собой личную позицию носителя данного убеждения. Но подобный взгляд всегда субъективен. Человек может называть себя атеистом только потому, что он так думает, не опираясь при этом на какие-либо аргументы. Причина здесь либо в непонимании, либо в нежелании касаться предмета религии, который постигается, как правило, верой. При этом человек может разделять суеверные, псевдонаучные  воззрения, не связанные порой ни с наукой, ни с религией, верить в привидения в сглаз, в существование инопланетян, почти не вдаваясь в их суть, и не нуждаясь при этом в какой-нибудь их обоснованности. Иными словами, религиозные идеи для данного человека не важны – его ум обычно занят другими понятиями.

Иная ситуация, когда атеизм принимает определённую теоретическую направленность. Здесь, в отличии от атеизма позиционного уже не ограничиваются отрицанием существования Бога. Критике может удостаиваться всё, что относится к религиозной сфере. Если признать, что та или иная религиозная концепция имеет свои строгие и чёткие очертания, то теоретический атеизм также стремится к определённой форме и содержанию. Атеистическое видение мира в разных аспектах противопоставляется религиозному. Но если учесть, что атеизм – это часть того или иного мировоззрения, то в основе его будут лежать те же теоретические концепции, на которых данное мировоззрение построено.

Здесь обычно различают два вида такого атеизма – научный и ненаучный. Термин «ненаучный атеизм» с точки зрения логики не совсем удачный, поскольку определение понятия не должно быть отрицательным. Поэтому, иногда такой атеизм называют донаучным, как бы предшествующий научному. В основе такого атеизма лежат определённые философские идеи, чаще всего умозрительного или эмпирического (чувственного) характера. Подобная ситуация не могла не сказаться на узости такого построения. Поэтому данный атеизм чаще всего не имеет полной антирелигиозной направленности и противопоставляет себя обычно какой-нибудь одной религии, не принимая во внимание существование других религиозных направлений. Нередко такой атеизм принимает форму не столько антирелигиозной, сколько антицерковной направленности, своего рода форму протеста по отношению к церкви как социальному институту. Характерным примером здесь может служить атеизм французского просветителя Вольтера. Острословие данного мыслителя было направлено в первую очередь против абсолютизма Римско–католической церкви, занимавшей довольно видное место в жизни средневековой Европы. Но, критикуя католицизм, Вольтер, например, ошибочно считал, что Библия скоро станет редкой книгой – её перестанут читать, а следовательно, и издавать. Другие религии не вызывали у Вольтера столь неприязненного отношения.

Правда, нельзя сказать, что так называемый донаучный атеизм не принимал во внимание различные научные изыскания. Нет, последние часто использовались и иногда довольно широко. Но они не были основным фактором атеистического восприятия и носили обычно вспомогательный характер. Однако, в научном атеизме приоритеты иные.  Науку стали использовать в качестве главного оружия в новом атеистическом направлении. Научный атеизм уже не мог просто опираться на эмпирические доводы. На вооружение брались аргументы, основанные на опытно-экспериментальной базе. Однако научный атеизм не стал бы таковым, если ограничился бы только этим. Атеизм включил в себя ещё и научную методику. Эти методы, разработанные применительно для научного исследования, оказались направлены на антирелигиозную деятельность. Критика тех или иных религиозных концепций уступила место созданию принципиально иной картины мира, в которой нет места не только бытию Божию, но и всему тому, что с этим сказано. Религия в глазах атеистов, по словам Ф.Энгельса, становится искажённым выражением действительности. Она уже видится не в качестве носителя определённой духовности, а как пережиток прошлого, своего рода «кривое зеркало», мешающая видеть объективную картину мира, средство «одурманивания» народных масс. Всё, что в мире и в человеческой жизни не происходило, объяснялось естественно-природными, историческими или техническими причинами и следствиями, включая даже те явления,  которые наука была не в состоянии объяснить. В ход шли разработанные гипотезы, догадки или аргументы, которые можно объединить фразой «наукой не доказано». Раз неизвестно, то это ещё не значит, что сверхъестественно. Просто ещё нет тому доказательств.

Таким образом, научный атеизм, пошёл не просто на преодоление религиозного сознания, а на замену данного сознания другим, претендующим на неоспоримость, как на носителя истины в последней инстанции. Человек, придерживающийся взглядов научного атеизма, вполне может уважать религиозные чувства других, но считать себя при этом носителем более высоких убеждений, более прогрессивных взглядов. Человек религиозных убеждений будет казаться на этом фоне уже духовно отсталым, а может быть и научно безграмотным, вкладывая сюда смысл идейной второсортности. Поскольку убеждения атеиста основаны, прежде всего, на научной картине строения мира, его взгляды на религию будут казаться ему не просто научно-обоснованными, но и абсолютно-доказанными.

Из вышесказанного может создаться впечатление, что научный атеизм призван был собой заменить религию или самому стать некоей прогрессивной религией. Но это не так. Атеизм сам по себе не может быть верой, так как в основе его лежит неверие. Но он может лежать в основе другой веры – в силу науки, в социальный, технический и гуманитарный прогресс. Это вполне естественно, так как нормальный человек обязательно во что-нибудь верит, раз вера заложена в его духовной природе. Но ведь не каждая вера носит религиозный характер. Религия не ограничивается только наличием определённого мировоззрения. Она также включает в себя определённый образ жизни, обусловленный принятием на себя соответствующих обязательств, ограничений, нравственных требований, жизненных стимулов. Верования иной природы, даже имеющие под собой научную основу, не всегда подразумевают в себе подобные атрибуты. Верить подобным образом всегда легче, так как данную позицию проще обосновать, имея при себе вполне научно-аргументированные доводы. Тем не менее, сам научный атеизм имеет как сильные, так и слабые стороны.

 

Сильные стороны атеизма.

Объективность рассмотрения любого предмета требует всегда видеть в нём реальность, существующую независимо от нашего желания и мировоззрения, исключая или максимально ослабляя предвзятость подхода.

Выше уже говорилось о том, что атеизм как течение также древен, как и сами религии. Он существовал всегда – и во времена религиозного абсолютизма, где атеизм преследовался как опасная ересь, и во времена так называемого государственного атеизма, когда попираема была сама свобода вероисповедания. Менялась форма и содержание атеизма, но он несмотря ни на что существовал, как существовали и религии. Поэтому можно считать, что атеизм будет существовать и дольше, независимо от того, как он будет восприниматься в обществе, как при свободе вероисповедания, так и при её отсутствии. Следовательно, мы вправе говорить об атеизме как о постоянном и стойком явлении, о факте, с которым следует считаться, видеть в нём реальную идею, реальный взгляд, реальное учение, реальное убеждение. А раз дело обстоит так, то мы не вправе игнорировать его доводы и утверждения, независимо от того, согласны мы с ними или нет. В чём же тогда сила атеизма?

В религии и атеизме разные приоритеты человеческого «я». Религия на первое место ставит вполне конкретное духовное начало, почитаемое тем или иным религиозным направлением. В атеизме такого нет. Чаще всего приоритетом выступает именно человеческая самость, если последней не отводят соответствующее место те или иные идеологические принципы. Своё «я» поставить на первое место всегда проще. Ощущения своей самости, обусловленной целым рядом инстинктов, невольно выдвигает самого себя на первый ряд.  Для обуздания этого нужна необходимая воля, но проявляется она далеко не у каждого.

Православная церковь объясняет это следствием первородного греха. Восточные религии тоже уповают на изначальное человеческое несовершенство. Но признать собственную греховную природу всегда трудно, и атеисты делали всегда на это немалый упор. Напротив, признание себя венцом, неким совершенством эволюционного развития выглядит намного более привлекательным даже с психологической точки зрения. Возвысив человека над всем творением, над всей природой, атеисты сделали его вполне самостоятельной фигурой, обладающей чуть ли не неограниченными возможностями. Человек такой модели уже не нуждается ни в каком небесном покровительстве, так как сам становится творцом и покровителем всего.

Отсюда вытекает ещё одна сторона духовной силы атеизма – человек может жить, опираясь исключительно на собственные силы. Такая постановка вопроса не нова – подобное уже есть в буддизме. Способность человека достичь нирваны, не обращаясь к помощи Бога – краеугольный камень в сотериологическом учении данной религии. Неслучайно, что буддизм иногда называют атеистической религией. Такое определение, разумеется, логически неверно. Буддизм не может быть атеистическим, так как он признаёт на самом деле существование хотя бы абстрактного мирового сознания, определяющего круговорот сансары – последовательности перерождений, обусловленных кармическими реакциями. В атеизме ничего подобного нет. Для него важно другое: человеку не нужно ничего получать свыше. Свою жизнь, свою мораль, свою судьбу человек определяет сам. Ему же будут принадлежать и критерии оценки своей деятельности.

Да, разум человека позволяет осуществлять такие действия. Человек вполне способен разрабатывать или выбирать те нормы морали, которые он может осуществить и контролировать на практике. Не секрет, что существуют нравственные нормы, выработанные в процессе развития общества, и те, которые появились, можно сказать в момент возникновения такого общества, без которых совместная жизнедеятельность была бы, в принципе, невозможна. Разрабатывались также нормы морали, исходя из определённых идеологических установок. Характерным примером здесь может служить, имевший место в СССР моральный кодекс строителя коммунизма.

Имея такие доводы, атеисты их обосновывали не только возможностью замены религиозных моральных принципов на разработанные самим человеком, но и объявить последние изначальными, предшествовавших религиозным. Но это было касательно только моральных тем, а только ими человечество, как правило, не ограничивается. В процессе своей истории им было выработано немало других норм, в том числе правовых, которые атеисты и предлагали для замены религиозных.

Хорошим аргументом в пользу атеизма стали достижения научно-технического прогресса. Развитие таких направлений как информатика, кибернетика, а на их базе электронно-вычислительной, компьютерной техники, сети «Интернет» значительно расширило физические и духовные возможности человека. Он уже подошёл к тому, чтобы управлять процессами, происходящими как в человеческом обществе, так и в окружающей среде. Уже сейчас человек может позволить себе то, что десятилетия назад можно было считать ещё фантастикой. Одним словом, человек стал более сильным, более могущественным. Такой фактор не мог не породить чувства наличия неограниченных возможностей человеческого разума. Человек как бы сам выступает в роли творца, не оставляя места для Творца небесного. Это, пожалуй, наиболее сильная сторона атеизма.

Следующий аспект – наиболее древний в атеизме. Касается он непосредственно деятельности церкви или иного религиозного института, как социального образования. Суть проблемы состоит в том, что те или иные деятели церкви жили в определённый исторический период и принадлежали конкретной социальной среде. Следовательно, их мысли и действия были обусловлены теми идеями, представлениями, понятиями и категориями, характерными для той же исторической и социальной среды. Мировоззрение религиозных деятелей, таким образом, несло в себе, соответственно, те ошибки и заблуждения, свойственные их современникам. Именно отсюда берёт своё начало религиозный фанатизм и экстремизм, религиозные гонения и репрессии, другие формы религиозного заблуждения.

Само по себе в подобных явлениях нет ничего странного – служители религии были такими же людьми, как и их современники со своими достоинствами и недостатками. В этом отношении от них практически не отличались цари, императоры, причём даже те, которых нередко обожествляли или воздавали им почти божественные почести. Но на служителей религии смотрели несколько иначе.

Поскольку религия выражала всегда самые высокие человеческие чувства, в первую очередь, нравственного характера, служителей религии воспринимали как носителей и выразителей высоких идеалов, что в действительности встречалось далеко не всегда. Подобное несоответствие часто вызывало вполне обоснованный протест со стороны других людей, толкая их на справедливую, а порой и довольно конструктивную критику.

Конечно, здесь были свои исключения. В том или ином обществе всегда находились те, на которых суровость и жестокость современной им эпохи не наложило своей тяжёлой печати. Такие люди действительно являли собой образец святости и пронесли его через всю свою жизнь. Но они были всегда в меньшинстве. Большинство несло на себе те пороки своего времени, толкая тем самым других на путь той или иной формы атеизма.

Атеистическое учение также апеллирует к большому множеству религий, сильно порой отличающихся друг от друга. Здесь бросается в глаза иллюзия множества богов, которые в разных религиях воспринимаются также по-разному, имея при этом неодинаковые формы служения им. На этом основании делается вывод о невозможности вывести концессию Единого Бога, ввиду сильной противоречивости разных религий при взгляде на данный вопрос.

Другим объектом критики со стороны атеизма являются религиозные книги. Особенность последних состоит в том, что написаны они частью как бы суггестивным языком, где смысл сказанного выясняется где-то в подтексте. Некоторые тексты написаны так, что содержание их до сих пор остаётся загадкой для читателя. Поскольку религиозные тексты были написаны ещё в раннюю историческую эпоху, на них также наложена печать своего времени. Современному читателю эти тексты становятся менее понятными. Пояснить смысл таких текстов – дело непростое. Сами теологи нередко дают одним и тем же текстам разные толкования. Еще более трудная задача – дать объяснение современным языком. Дело может быть осложнено и тем, что сами религиозные произведения изначально могут содержать как различные противоречия, так и разночтения.

Ясно, что дать понятное объяснение всему стремятся также атеисты. Более того, именно атеисты обратили особое внимание на вышеуказанные проблемы и пытались дать свою версию происхождения религиозных текстов, подходя к этому вопросу сугубо с научной точки зрения. Этот фактор неоднократно заставлял теологов более взвешенно и обоснованно подходить к рассмотрению религиозных книг, что в конечном итоге, пошло на пользу самой религии.

Из всех научных методов, применяемых в атеизме, чаще всего используется компаративный или сравнительный метод. При этом объекты сравнения всегда разнообразны: разные религии, культы, нравственные принципы, космогонические и космологические теории, формы и практические действия религиозных организаций. При этом сравнения встречаются обычно двух типов. К первому типу относится сравнение религий между собой, а ко второму – сравнения религиозного учения с научным. Объясняется это тем, что различные представления о Творце, о служении, о потустороннем мире и т. п. являются довольно привлекательным материалом для компаративистики. Ведь в первую очередь именно различия между религиозными верованиями подчёркивают их особенность, индивидуальность. При этом различий иногда больше, чем сходств. И хотя такое положение вполне естественно – религии за тысячелетия своего существования накопили в себе много специфического – атеисты широко его используют.

Что же касается второго типа сравнения, то, казалось бы, выигрышная на первый взгляд позиция атеизма, имеет немало спорных мест. Сильной стороной здесь является то, что научные стремления практически не признают границ. По выражению одного из мыслителей, пределы нашего знания похожи на горизонт. Чем ближе мы к нему подходим, тем дальше он от нас отодвигается. С тех пор, как существует наука, была сделана масса открытий, включая те, которых касалась в той или иной степени религиозная тематика. Например, именно наука сняла мистический ореол с такого события, как солнечное затмение. Чёткую научную трактовку получили многие явления, природу которых объяснить прежде не удавалось. Но этим, похоже, сильная сторона атеизма исчерпывается.

 

В чём слабость атеизма?

 Разговор о слабости атеизма следует начать с того, что в основе его учения лежит принцип отрицания. Любые утверждения атеистического содержания исходят первоначально из отказа от религиозного осмысления исследуемого предмета.

Наука, в частности, не может выстроить цепь своих доводов исходя из одних отрицательных результатов, полученных в процессе исследований. Но ни эти результаты будут лежать в основе научного учения, так как оно базируется преимущественно на позитивизме, то есть на положительных результатах. Отрицательные результаты служат обычно дополнением или корректировкой положительных.

В атеизме положение иное. Здесь основание – негативизм. Такая ситуация не могла не сказаться на ограниченности атеистического мировоззрения. Исследуя, например, предмет религиозного чуда, атеист стремится не столько к тому, чтобы исследовать феномен самого чуда, сколько доказать абсурдность, невозможность последнего. Если учёного интересуют причины того или иного явления, пусть даже религиозного содержания, то атеист, в первую очередь, ищет доводы в пользу опровержения такого явления, либо в пользу отрицания его религиозной природы. При этом, если учёный и атеист не является одним и тем же лицом, то исследования у него пойдут в первом направлении, тогда как у учёного-атеиста доминировать будет второе. Ясно, что глубже может познать проблему учёный, работающий в первом направлении.

Следующий момент заключается в том, что не все области познания могут быть охвачены наукой. Последняя может заглянуть только туда, где можно что-то постичь человеческим разумом. Тот же научно-технический прогресс, показавший возможности человеческого разума, также определил, насколько тот ограничен. Современные ЭВМ выполняют гораздо больше операций, чем человеческий мозг. Машине уже проигрывают чемпионы мира по шахматам. Человек вырастает окружённый со всех сторон различными материальными благами, и срастается с ними настолько, что при их отсутствии чувствует себя практически беззащитным. Чтобы это понять, науке потребовалось немало времени. Но любая традиционная религия подобное утверждала давно. Наука всё познавала через опыт, религия – через веру. Именно религия затрагивает явления такого порядка, которые ограниченный человеческий разум постичь не в состоянии, и охватывает лишь настолько, насколько дано ему свыше. Познавая часть недоступного бытия, человек как бы осознаёт, насколько велико это бытие, чтобы верно оценить его сущность. Такая уверенность в невидимом и есть вера. На научное подтверждение этого религия не претендует, и здесь находится одна из граней научного познания, переступать которую, видимо, не следует, и в чём, естественно, нет необходимости. Наука, сделав немало открытий, до сих пор не в состоянии объяснить целый ряд явлений, а порой даже создать и сколько-нибудь правдоподобную гипотезу. В основном это касается таких феноменов, как нетленность мощей святых, мироточивость икон, случаи исцеления больных при посещении святых мест, причём таких больных, которым не смогла помочь научная медицина. Причина бессилия науки здесь в том, что все эти явления противоречат известным законам природы, согласно из которых наука выводит свои объяснения. И таких примеров очень много.

Третий момент заключается в областях знания, где наука не всегда придерживается одних и тех же взглядов. По мере появления новых открытий нередко меняются представления об окружающем нас мире, о его строении, функциях его составляющих элементов. Религиозное вероучение базируется, как правило, на догматической основе. Догматы нужны для того, чтобы учение не подвергалось искажениям с течением времени, отделяло это учение от других. А для науки догматизм не приемлем. Даже доказанные утверждения здесь не являются догмами, и могут считаться предварительными выводами. Такое положение –научная необходимость. Наука может развиваться только тогда, когда она способна преодолевать свои же собственные установки. Но если эти же доказательства принять в качестве догм, то научный процесс начнёт своё торможение. Если религия откажется от своих догм, неизбежно начнётся либо её трансформация в другую религию, либо её полная деградация.

Используя науку в своих целях, атеизм проводит здесь определённую избирательность. В качестве обоснованности своих выводов применяют только те теории и доказательства, которые эти выводы прямо или косвенно подтверждают. Теории, не подкрепляющие атеистическую точку зрения, во внимание не принимаются. По этой причине порой не учитываются изменения в научных взглядах и представлениях. Характерным примером является здесь теория эволюции, ставшая краеугольным камнем атеизма. Эта теория удобна оказалось тем, что утверждала постепенный процесс зарождения и развития жизни, как вполне естественный, не связанный ни с каким разумным началом. Неживая природа как бы сама собой под воздействием внешних факторов, постепенно превращалась в живую. Библейский рассказ о сотворении мира становится здесь не более, чем красивой сказкой.

Но эволюционизм оказался не единственной теорией, обосновывавшей происхождение жизни. Таким направлением оказался креационизм, стоящий на позициях теории сотворения мира. Что же касается научной аргументации в пользу той или иной теории, то доказательств в пользу креационизма оказалось больше, чем у эволюционизма. Достаточно, например, сказать, что археологические раскопки не подтвердили теорию Ч.Дарвина о происхождении видов. Напротив, наличие в природе ряда существ, с весьма странными и нехарактерными особенностями, ставшими для эволюционистов настоящей загадкой, говорило о их невозможности зарождения естественным путём. Не было не только найдено переходных форм к ним, но и невозможным оказалось предположение существования таких форм.

Атеизм такую теорию принять не мог. В противном случае он перестал бы называться атеизмом. Но, поскольку, ни одно из этих научных направлений не возобладало, атеизм ещё может держаться за теорию эволюции, но игнорировать наличие другой теории он уже не вправе.

Здесь уместнее всего остановиться на пресловутом конфликте науки и религии, который вошёл почти во все книги по научному атеизму. В качестве примера приводится конфликт между некоторыми учёными и деятелями католической церкви времён эпохи Возрождения. При этом не учитывается, что в это же время имела место борьба между двумя научными направлениями а астрономии. Одно направление придерживалось геоцентрической системы строения Вселенной, где Земля рассматривалась как её центр, идущее ещё со времён Птолемея, а второе направление разделяло взгляды Н.Коперника на гелиоцентрическую систему строения, где уже Солнце рассматривалось в качестве центра нашей Вселенной. Кроме учёных в данный конфликт оказались вовлечены также некоторые деятели церкви. Именно тогда был казнён Джордано Бруно (1600 г.), и от той же инквизиции пострадал Галилео Галилей в 1612 г. Но первый, будучи монахом-францисканцем, пострадал на самом деле не за научные взгляды. Его обвинили непосредственно в религиозной ереси. А вот Галилей был подвергнут гонению всё-таки за научную деятельность. Но ещё до этого он был отвергнут теми же учёными-геоцентристами, идеи которых разделял тот самый кардинал Белармино, заставивший Галилея отказаться от своих идей, а до этого казнивший Д.Бруно. Но взгляды Н.Коперника разделял ещё живший до Галилео Галилея кардинал Н.Кузанский, религиозные убеждения которого не противоречили научным. Даже сейчас, когда гелиоцентрическую концепцию тоже можно считать устаревшей, современные астрономические теории уже нет смысла противопоставлять религиозным взглядам.

Таким образом, говоря о научном влиянии, как на религию, так и на атеизм, нет необходимости утверждать или отрицать их уклон в чью-либо пользу. Одни научные идеи в чём-то поддерживают атеизм, другие – наоборот, религию, а в чём-то и сами противоречат друг другу. Именно по этой причине научный подход нельзя считать исключительно прерогативой атеизма, так как с помощью одних и тех же методов позиции последнего реально можно ослабить. Например, целый ряд научных исследований в эсхатологической области только подтверждают религиозный подход в вопросе о будущем человечества и конце мира. Поэтому к противостоянию науки и религии вполне можно отнестись как к несостоявшемуся мифу.

Следующий момент слабости атеизма касается, пожалуй, его основополагающего принципа. Отрицая существование Бога, как и всего с Ним связанного, атеисты не в состоянии это доказать. Но в качестве обоснования своего негативного утверждения они приводят аргумент о недоказуемости бытия Бога. Согласиться здесь можно только в том, что прямых научных доказательств здесь нет. Но если привести косвенные доказательства, то ситуация будет складываться уже не в пользу атеизма.

В качестве косвенного доказательства, в первую очередь, можно привести онтологические доводы. В их основе лежит причинно-следственная связь в процессе поступательного развития. Одно событие как бы предопределяет другое. Та или иная причина, как правило, обусловлена предыдущей причиной. Такая последовательность даёт основания предполагать о наличии некоторой Первопричины, породившую дальнейшую цепь причин и следствий. Вторыми идут телеологические доводы. Согласно им, мир развивается в определённой последовательности и в определённом направлении, согласно вполне определённым законам развития. Почему мир развивается так, а не иначе? Почему неизменны законы развития? Ответом на эти вопросы может также служить утверждение о разумном Первоначале, давшему старт такому развитию. Третьим доказательством выступает нравственная категория. В человеческом обществе довольно заметно отсутствие нравственного равновесия. Человек, следовавший неправедному образу жизни, не всегда получал прижизненное воздаяние. Не всегда имел должное вознаграждение и праведник. Значит, жизнь нельзя ограничивать только земными рамками. Ведь нравственное равновесие должно существовать, а если оно существует, то неизбежно выходит за пределы земного бытия. Но как это равновесие осуществляется? Ответ также кроется в наличии определённого Первоначала, давшего основание тем нравственным нормам, без которых человеческое общество даже изначально не могло бы существовать.

Когда мы вели речь о сильных сторонах атеизма, то умалчивали, что человек сам способен определить себе необходимые нормы морали. Но прежде чем их разработать, человек должен был иметь своего рода нормы первоморали, послужившими основой для дальнейшего развития в нравственном направлении. Одним эволюционным развитием подобное объяснить нельзя, и атеизм на это дать исчерпывающего ответа.

В процессе изучения религии атеисты нередко стремятся выдать желаемое за действительное. Частично, когда мы затрагивали вопрос о религиозных произведениях и об опоре на научные познания, эта тема уже освещена. Произвольное толкование религиозных текстов или выборочная трактовка научных достижений, приводит, как правило, к искажённым выводам. Обычно это происходит в двух ситуациях:

А) трактовка ведётся вне связи с текстовой идеей;

Б) трактовка ведётся, исходя из умозрительных категорий.

В первом случае берётся то или иное религиозное утверждение и рассматривается как бы отдельно от всего религиозного учения. Такой приём очень удобен для произвольной трактовки. Именно так не раз искажались библейские заповеди и религиозные догматы.

Во втором случае толкование многих неясностей ведётся атеистами, как правило, в сторону полного выяснения, причём независимо от того, насколько верна такая аргументация. Для атеизма как бы становится всё ясно и понятно. Лишая религию ореола таинственности, атеисты тем самым искусственно упрощают сам объект исследований. Совершая такие шаги, атеисты неизбежно ступают на ложный путь, а это уже направление тупикового развития. Такой подход является наиболее слабым местом в атеизме.

В результате всего вышесказанного атеизм так и не смог стать альтернативой религиозным верованиям. Он не сумел в полной мере предложить человеку то, что способна дать ему религия. Атеистические доводы оказались неадекватными религиозному учению.

Следует, однако, сказать, что попытка альтернативной подмены религии атеизмом, хоть нецеленаправленно, но имела место. Дело в том, что атеизм есть философская категория, и в нём как в философии существовало два направления: идеалистическое и материалистическое. С материализмом дело обстоит проще. Здесь материя первична, а сознание вторично. Сознание есть продукт материи. Бытие целиком определяет сознание. В идеализме на первом месте уже выступает сознание, но представлено оно здесь как у Гегеля в виде Абсолютной идеи, от которой по законам диалектики шло развитие. Но материалисты усмотрели всё же в гегелевской идее понятие Бога. Поэтому создавалось впечатление, что найдена некоторая альтернатива религии. Тем не менее, это оказалось далеко не так. Абсолютная идея получилась достаточно далёкой и недоступной субстанцией, которая была никому и ничем не обязана, так же как и ей не был обязан никто. Насколько это оказалось непохожим на религиозную сущность Божественного. Ведь Бог для человека не является раз и навсегда нечто удалённым. Он здесь, рядом, просит человека исполнять свой нравственный закон, оказывая тому же человеку необходимую духовную, а порой и физическую поддержку. Поэтому Бог для человека выше любой абстрактной, хотя и Абсолютной идеи, а следовательно здесь тоже нет альтернативы религиозному верованию.

 

Немного о будущем атеизма.

Всё существование атеизма заключается в непрерывном споре между ним и религиями. Разумеется, что эта тенденция сохранится и в будущем. Но суть вопроса в том, к чему этот спор приведёт и чем он закончится. Безусловно, у каждой стороны на данный счёт должно быть своё собственное мнение. Атеизм, в частности, всегда видел победителем себя. Конец той или иной религии предсказывался им уже не один раз. Прогнозы, однако, обычно не сбывались. Но не ушёл в прошлое и атеизм. Да, он сдавал иногда некоторые свои позиции, но побеждён не был никогда. Теперь перейдём к позициям религий.

Здесь ситуация, на первый взгляд, кажется парадоксальной, Религии в той или иной форме признают наступление собственного упадка, а то и поражения. Так, вайшнавское направление индуизма учит о наступлении Кали-юги, начало которой совпадает с воплощением на земле новой  аватары (образа) Вишну, а конец – с забвением на земле религиозных принципов. Буддизм в результате ослабления дхармы (учения) ждёт появления нового Будды – Матрейи. Христианство связывает своё поражение с приходом тёмных сил во главе с антихристом, и его правлением вплоть до Великого Суда. Похожие итоги предрекает также ислам. Отступление от религиозных правил поведения в человеческой жизни, от норм религиозной морали, забвение самой религиозной святости, и, как следствие, падение нравственных устоев самой жизни, общая деградация человеческого общества – есть итог земного бытия. Согласно ряда религиозных учений, человек уверует в блага земной жизни и их земных покровителей, фактически отказавшись от благ жизни небесной, от Того, кому принадлежат все эти блага.

Итак, религии придут в упадок. Но что же будет с атеизмом? С одной стороны, ослабление религий направлено, в первую очередь, в пользу атеизма. С другой стороны, при таком течении событий, ненужным как бы становится сам атеизм. Какой смысл противостоять любой, даже мировой религии, при падении последней? В такой ситуации логично было бы предположить, что в прошлое будет уходить традиционный атеизм. Модернизация человеческого общества должна привести неизбежно к иным формам восприятия окружающей действительности. Различные религиозные организации с этими факторами уже считаются. Атеизм, соответственно, тоже не может стоять в стороне. Взамен прежнему атеизму должен придти новый, так называемый модернистский атеизм. В чём его суть?

В наш век вполне ощутимой религиозной свободы, сопровождающейся появлением и расширением множества  различных, а порой и довольно сомнительных сект, вероисповедание становится похожим больше на моду, сильно не отягощенную духовными чувствами. Вера начинает напоминать собой некий внешний атрибут, отражающий лояльное отношение в обществе к какому-либо процессу или явлению. Быть верующим – значит принадлежать к определённому типу цивилизации, разделять духовные и деловые ценности общества, а то и просто соотносить себя с определённой социальной группой или национальностью. В конечном итоге перестаёт иметь какое-либо значение сам факт принадлежности к какому-либо вероисповеданию, или отсутствия такой принадлежности. Совершенно неважно, верит человек в Бога или нет. Новому атеизму даже не надо будет искать ответа на этот вопрос. Не требуется больше никаких доказательств. Зачем доказывать то, что перестаёт вызывать какой-либо интерес? Истинным предметом веры станет происходящее в самом человеческом обществе. Именно таким обществом, согласно христианской эсхатологии, будет править антихрист. Конечно, это не значит, что общество не будет религиозным. Скорее всего оно разделится по принципу религиозной принадлежности, но это разделение будет носить чисто условный характер. Есть предположение, что это общество будет скорее экуменическим, то есть представлять собой некое полирелигиозное образование, где принадлежность к традиционному атеизму будет считаться чуть ли не дурным тоном. Но люди не поймут, что сами в это время будут принадлежать к новому, модернистскому атеизму, для которого полирелигиозность будет равносильно отсутствию собственно религиозности. Если человек такой эпохи будет считать себя принадлежащим одновременно к целому ряду вероисповеданий, то это может означать либо то, что он не видит особо никакой разницы между этими вероисповеданиями, либо просто страдает шизофренией. В первом случае всё говорит за то, что человек утратил способность или желание различать отдельные вероисповедания, которые по своей природе просто не могут быть одинаковыми, а во втором случае мы имеем дело  с медицинской патологией. Поскольку второй случай находится за рамками наших исследований, то обратим внимание на первый.

Здесь сама утрата возможности или желания отличать одну религию от другой наглядно говорит об утрате человеком внутреннего чувства самого понятия религиозности или духовного понимания самой природы религии. Иными словами, принадлежа одновременно ряду религий, человек фактически не будет принадлежать никакой. Поэтому новый атеизм будет неявным, скрытым, можно сказать, он будет невидимой рукой, толкающей людей в сторону подлинной религиозной духовности. Люди сами станут атеистами, даже не подозревая об этом. Тот атеизм, который открыто заявляет о себе, будет лишь пародией на новый атеизм. Но вот те, кто действительно сделает попытку показать, что же есть истинная духовность, станут презираемы, и в конце концов пострадают. Будут даже убиты – псевдорелигиозное общество поступит с ними в самых крайних традициях воинствующего атеизма. Но и на этот раз люди не увидят в себе атеистов. Лишь новый приход Мессии в дни Великого Суда осветит все скрытные стороны модернистского атеизма. Сама религия перестанет быть прежней – она уже не будет представлять собой веру в невидимое, так как всё должно стать явным. Вот тогда, скорее всего, прекратит своё существование и атеизм. Последний Суд просто призван разрешить их тысячелетний спор.

2003 г.

 

 

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Напишите, что думаете по поводу статьи. Оставьте комментарий!x