О правилах перевода Библии

Назревшая необходимость.

В последние годы не раз поднимался вопрос о новом переводе Священного Писания. И причин для этого тоже было достаточно. Церковно-славянский текст Библии понятен далеко не всем, да и тем, кто знаком с такой письменностью всё равно встретит в этом тексте немало мест, которые трудно поддаются переводу без наличия соответствующего материала, а некоторые места вообще непереводимы, поскольку их изначально не смогли перевести ранее на греческий. Самый распространённый синодальный перевод Библии написан литературным языком первой половины XIX века, а потому, хоть он и более понятен, чем церковно-славянский текст, но зачастую также трудноват для современного читателя и тоже содержит в себе немало слов, вышедших из языкового употребления.

Результат не заставил себя долго ждать. Новые переводы стали появляться чуть ли не один за другим. Наиболее известными и распространёнными из них стали перевод Российского Библейского общества (РБО), Института перевода Библии – «Заокская» Библия, перевод Нового Мира, Восстановительный и другие. То, что эти переводы оказались небезупречны – это ещё ничего не сказать. В конце концов идеального перевода Библии ещё никто не создал. Но даже и при этом все эти переводы смогли отразить в себе почти одни и те же недостатки. Например, для перевода Ветхого Завета использовался исключительно масоретский, или еврейский текст Библии, а Новый Завет переводили только по материалам сборника Нестле-Аланда. Остальные тексты, включая греческие, использовались чисто фрагментарно, да и то в отдельных комментариях. А ведь о недостатках масоретского текста говорили ещё во времена составления синодального перевода, а знали о них и ранее. Тексты Нестле-Аланда, хотя и являлись довольно древними, тоже оказались неполными.

Другой недостаток этих переводов состоит в том, что их содержание отражает воззрения различных направлений неопротестанского толка. Перевод РБО больше отражает взгляды евангельских христиан-баптистов, «заокская» Библия – интересы адвентистов седьмого дня, перевод Нового Мира – «свидетелей Иеговы», Восстановительный – церкви «Живой поток». К тому же, переводчики РБО допустили и другую ошибку. Осуществив неплохой перевод Ветхого Завета, они не стали переводить Новый Завет, присоединив к своему тексту ранее имевшийся перевод Т.Кузнецовой «Радостная весть». Разница переводческих традиций сразу отразилось на этом издании. Новый Завет уже не ощущался как преемник Ветхого Завета. Цитаты, приводимые из прежнего Писания, как Спасителем, так и апостолами словно были взяты из другой Библии. Да и сам перевод «Радостная весть» по своему уровню явно уступал трудам переводчиков РБО. По этой причине в текст этого Нового Завета были внесены сотни поправок, а это прямо указывает на сомнительное качество первого перевода.

Ситуация с православной Библией.

Всё это больше касалось протестантов. А как же православные? Ведь ни одного православного перевода за это время так и не было создано. И последователям этой веры оставалось, в сущности, пользоваться только церковно-славянским текстом и синодальным переводом, который, кстати, от других переводов на русский язык отличается тем, что имеет православную редакцию. Именно эта редакция хорошо стыкуется с греческим текстом Ветхого Завета за счёт канонических вставок в переводе масоретского варианта, а также наличием неканонических книг. Таким образом были исправлены не только многие недостатки масоретского текста, но присутствуют при этом многие ценные исторические сведения того периода, а также поучительные книги, отражающие многие аспекты той же христианской веры. Протестанские варианты Писания этого совершенно не содержат. Так что же тогда делать?

Разумеется, мы должны признавать неоспоримые ценности всех православных текстов Писания, как церковно-славянского, так и синодального, тем более, что греческого перевода (Септуагинты) на русский язык до сих пор нет. Лишь одна, первая русская Библия, то есть, церковно-славянская, здесь является своеобразным исключением. А то, что потребность в новом переводе Писания давно уже назрела, стало ясно уже давно. Более того, наличие новых переводов однозначно указывает на то, что уже необходим, как бы сказать, эталонный перевод Библии на русский язык. Это нужно, чтобы те или иные места Писания из разных переводов можно было бы сверить с каким-то определённым, максимально, я бы сказал, академически точным текстом, не прибегая при этом к изданиям на других языках. Такой вот эталонный текст может быть создан на основе того же синодального перевода, но после устранения ряда его недостатков. Но об этом немного отдельный разговор. Для начала коснёмся темы самого перевода.

Что касается текста Нового Завета, то здесь, конечно же, всё ясно. Исходным материалом здесь могут быть только греческие тексты, соответствующие сборнику Textus receptus. Это не только более полный текст, но и традиционный, близкий по духу для православия. К тому же, что немаловажно, такой текст прямо соотносится с церковно-славянской Библией. Есть для этого и другая причина. Вот простой пример на основе известной цитаты Евангелия от Марка: «Я пришёл призвать не праведников, но грешников к покаянию» (Мк. 2:17). В сборнике Нестле-Аланда выражение «к покаянию» отсутствует, а значит, что вся эта фраза уже теряет свой первоначальный, но очень важный смысл. Когда дьявол искушал Иисуса в пустыни, то в качестве аргумента приводил цитату из псалма №90. Но вот после слов «заповедает о Тебе сохранить Тебя» (Лк. 4:10) пропускает довольно важное выражение: «на всех путях Твоих» (Пс. 90:11), искажая тем самым подлинный текст. Так стоит ли дальше следовать этой дьявольской традиции?

Относительно Ветхого Завета дело обстоит несколько иначе. Если, скажем, что тот же синодальный перевод был сделан с масоретского текста, но при этом при осуществлении такого перевода постоянно использовалась греческая Библия. Именно благодаря этому обстоятельству были учтены многие недостатки еврейской Библии, и в новом тексте необходимые исправления нашли своё место. Например, между словами «видели» и «Бога» в квадратных скобках присутствует греческая вставка «место стояния» (Исх. 24:10). Тем самым была устранена важная ошибка исходного текста, поскольку Бога не видел никто никогда (Ин. 1:18). Но если дело обстоит именно так, то за основу нового перевода следует взять именно греческий текст, поскольку именно он исторически вошёл в христианскую Библию, и именно в этом тесте присутствуют почти все книги, кроме Третьей книги Ездры. Поэтому её перевод может быть сделан только с латинского источника. Масоретский текст здесь может быть использован именно в качестве вспомогательного материала. А это тоже необходимо, так как в Библии имеется много мест, где еврейский текст яснее и точнее греческого, и таким обстоятельством пренебрегать тоже нельзя.

Важные особенности перевода Писания.

 

Если говорить непосредственно об общих принципах переводов, то они уже давно разработаны, и здесь действительно больше нечего изобретать. Для наглядности я их просто перечислю, чтобы иметь всю полноту их представления.

  1. Предпочтение отдаётся более древнему тексту.
  2. Предпочтение отдаётся более сложному варианту.
  3. Предпочтение отдаётся более короткому варианту.
  4. Предпочтение отдаётся варианту, лучше всего объясняющего другие варианты.
  5. Предпочтение отдаётся варианту с более широкой географической дистрибуцией.
  6. Предпочтение отдаётся наиболее соответствующему общему стилю автора.
  7. Предпочтение отдаётся варианту, который не содержит доктринальных искажений.

Со своей стороны я хочу предложить здесь собственные дополнения, которые позволят переведённому тексту стать действительно адекватным исходному материалу. Необходимо и важно, чтобы переведена была именно Библия, а не текст, просто схожий с библейским, чтобы это был именно перевод, а не пересказ.

Первое пожелание заключается в том, что перевод должен быть трудом обязательно коллективным. Библия с самого начала своего существования представляет истинно коллективный труд, составленный более сорока авторами, пусть даже и в разное время. Тем не менее, это всё не помешало стать Библии единой книгой, пережившей самое большое число изданий. При работе над новым переводом такая традиция должна быть непременно соблюдена, что и позволит этому труду остаться Священным Писанием, пусть даже на другом, в нашем случае русском, языке. Разумеется, что у такого переводческого коллектива должно быть единое руководство, что позволит сохранить Писанию единство своему стилю. Ведь при авторском переводе всегда будет присутствовать особенность понимания самого автора перевода, тогда как при коллективной работе подобные «шероховатости» всегда можно сгладить. Где-то что-то недосмотрит один, обязательно заметит кто-то другой, что позволит избежать ненужной субъективности.

Второй момент состоит в том, что в такой работе должны быть использованы различные способы переводов. Таких способов много, но библеисты обычно придерживаются следующей классификации:

  1. Подстрочный перевод – это текст, в котором слова перевода стоят в той форме и последовательности, как и в оригинальном тексте. Перевод в этом случае представляет собой довольно точный, но, всё же, несвязанный словами текст, и может представлять интерес только для узкого круга специалистов.
  2. Буквальный перевод – точная передача слов и фраз на языке оригинала, в результате чего получается уже вполне связанный текст. Здесь должна быть соблюдена именно «буква текста», где переведённые слова ставятся в соответствующие склонения или спряжения и соединяются необходимыми предлогами и союзами, исходя из грамматических правил уже языка перевода.
  3. Свободный перевод – передача основной мысли автора или самого текста путём его перефразирования. Иногда его называют вольным или смысловым переводом. Такой текст может быть уже более понятным, чем при двух вышеуказанных переводах, но он уже «стоит» как бы дальше от самого оригинала.
  4. Динамический перевод – тоже смысловой, но здесь слова и идиомы оригинального текста представлены в точных эквивалентах современного языка. Используется такой способ перевода при передаче образных или отвлечённых понятий и выражений с языка оригинала.

Понятно, что придерживаться какого-то одного способа не получится, поскольку в каждом языке присутствуют свои лингвистические традиции. То есть, там, где возможно осуществить подстрочный или буквальный перевод, то его же и следует предпочесть. Но где такое сделать будет невозможно, там необходимо будет перевести текст однозначно по смыслу. Для наглядности приведу обратный пример. Попробуйте с русского языка на другой перевести всем нам известное выражение «бить баклуши». Понятно, что прямым текстом сделать это не получиться, потому что при таком переводе выражение сразу потеряет свой первоначальный смысл. Скажем, при переложении его на английский язык следует воспользоваться аналогичной по смыслу фразой этого языка, например, «lounge about». И тогда мы получим действительно верный перевод. Или в английском языке есть фраза: «if  two Fridays come together». При дословном переводе это означает: если две пятницы сойдутся вместе. Но в русском языке такая фраза не применяется. Значит, нужно воспользоваться её аналогом. Допустим: «если небо упадёт на землю». И тогда уже всё становится яснее. В синодальном переводе это уже имело место. В масоретском тексте есть фраза, если которую дословно перевести, означает: «когда потащат барана». «Тащить барана» по своему изначальному смыслу означает: затрубить в бараний рог. Поэтому на русский язык фразу перевели так: «во время протяжного трубного звука» (Исх. 19:13).  И такой линии необходимо держаться дальше.

Третье условие, которое тоже необходимо будет соблюсти, состоит в том, что новый перевод Библии должен сохранить свою каноничность текста. Здесь причина заключается в том, что Библия вовсе не относится, скажем так, к занимательной литературе. Это, прежде всего, есть книга веры, и после перевода она должна таковой оставаться. Церковь сумела сохранить свои каноны на протяжении веков, причём имея при себе текст на языке оригинала, либо древнего перевода с того же языка. При переводе на русский язык эти каноны остались такими же, в своём неизменном виде. И вот с учётом этих канонов мы должны получить новый перевод. Иными словами, то, чему учит оригинальный текст, точно тому же должен обучать переведённый. Писание должно остаться таким же Священным, как и до его перевода, без всякого изменения вероучительного смысла и направленности. Иначе мы получим книгу уже несколько иной веры. На такие моменты обращал своё внимание ещё апостол Павел, уточняя, что «не сказано: и потомкам, как бы о многих, но как об одном» (Гал. 3:16). Да, такие тонкости в работе тоже необходимы, чтобы не иметь каких-либо искажений в этом святом учении. При соблюдении всех этих условий мы получим тогда настоящий православный перевод Писания на современный русский язык.

Дополнительно стоило бы добавить здесь, что язык перевода по форме своей должен быть немного поэтичен, поскольку такова есть традиция нашего Священного Писания, а сам язык перевода может быть только литературным. Ни простая разговорная, ни тем более «бульварная» лексика, здесь абсолютно не годятся, иначе библейский текст не будет иметь своего возвышенного звучания, как это и полагается произведениям такого особого уровня.

Об изменениях в синодальном тексте.

Теперь вновь стоит вернуться к синодальному переводу Библии, поскольку за исправление его отдельных неточностей выступала сама Русская Православная Церковь. Конечно же, никто не оспаривает, что этот перевод действительно верный, за исключением, разумеется, некоторых моментов. В качестве примера приведу только один и наиболее известный. Греческий оратор в своей речи называет город Эфес служителем Артемиды Эфесской и Диопета (Деян. 19:35). Артемида есть известная древнегреческая богиня плодородия. Но кто такой Диопет? Ранее это слово не смогли правильно перевести. Фактически оно означает: «упавшая с Юпитера» или «сошедшая с Юпитера». Согласно греческой мифологии Артемида была дочерью Зевса – высшего божества древнегреческого пантеона. Но у римлян имелся его полный аналог – Юпитер. Грек, защищая Артемиду, видимо, не хотел противоречить римским властям, поскольку тогда это была территория Римской Империи, а потому и упомянул именно Юпитера. Но в Писании это лучше и понятнее записать словами: «Артемиды Эфесской, дочери Зевса». Тогда всё становится на свои места.

Доработка синодального перевода должна включать в себя и другие момента. Там, в частности, ещё нередко встречаются слова, как уже сказано выше, перешедшие туда из славянского текста, и уже давно вышедшие из употребления. Многим ли теперь понятны будут «пакибытие»  и «злачные пажити»? Каждый ли догадается, что первое означает «воссоздание» или новую жизнь, а второе – «богатые пастбища»? Каждый ли разберётся в таком выражении, как «сластолюбивая заживо умерла» (1Тим. 5:6)? И такого рода моменты, следует, конечно же, исправить. Для того, собственного говоря, и нужен перевод, чтобы текст был сразу понятен читателю без догадок и словарей. А если такие доработки действительно будут сделаны, то мы тогда имеем настоящую возможность получить тот самый эталонный текст Писания, о котором я упомянул ещё вначале. Такой перевод можно будет смело назвать академическим, которого в настоящее время нам сейчас как раз и не хватает.

2022 г.

 

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Напишите, что думаете по поводу статьи. Оставьте комментарий!x